Ko-Ne-Ko
Я не знаю каков процент сумасшедших на данный час, но, если верить глазам и ушам - больше в несколько раз©
Интервью: Юмико Какой

Перевод с японского: Hyluko
Перевод с английского: KoNeKo

Я думаю это первый раз, когда альбом BUCK-TICK создан полностью на одну тему. И результат очень высокого качества.
Хисаши: Я думаю, что результат это в частности образ или концепция, которые у меня были в начале.
Хидэ: На этот раз, с этой концепцией, мы создали целостный альбом, и это отлично.

Так как в альбоме много песен, вы не уделяли особого внимания структуре и движению в целом?
Хисаши: Это нас мучило. Мы ссорились по этому поводу до самого конца (смеется). Мелодии песен, а также стихи являются концептуальными, так основываясь на их движении, и чтобы не надоедало, мы думали о многих вещах. Я думаю, что тип этого альбома отличается от предыдущих вроде Mona Lisa Overdrive. В нем нет ощущения смешенных песен, я продумал все, относящееся к общему аспекту.

В этом значении музыкальные фрагменты очень эффективны. Интерлюдии присутствуют в каждом важном моменте, таким образом, слушатель может естественно перейти к следующей сцене, как в фильмах и пьесах, при развитии которых сцены меняются.
Хисаши: Вначале я не планировал что будет так много фрагментов. Я думал что будет около 11 или 12 песен, а когда песни были готовы, оказалось, что будет сложно просто выстроить их в линию. Вводя музыкальные фрагменты, я думал что появится больше гладкости в непрерывности. Сначала было создано 2 музыкальных фрагмента, а затем мы приготовились принимать решение о порядке песен, я подумал, что если последняя песня будет завершаться инструменталом, это будет как титры, бегущие в конце фильма. Так что я поспешил разбить фразу, чтобы добавить один фрагмент.

Когда Вы писали музыку, о чем конкретно вы заботились?
Хисаши: Я исключал звуки и фразы, которые были слишком изысканы, чтобы использовать вульгарные, разве не это мы называем «рок». И в этот раз мы не включили необычные звуки, производимые клавишными и синтезаторами, которые словно разлетаются в разные стороны.

Хосино-сан, было что-то особенное в написании музыки для этого альбома?
Хидэ: Например, в Cabaret пианино является основным инструментом, в других песнях мы использовали звуки оркестра в качестве темы, так что мы использовали такое классическое настроение.

Клоун, демон, кукла, призрак, присутствовали различные персонажи. Вы предлагали что-то по поводу содержания этих персонажей и стихов?
Хисаши: Нет, кроме Diabolo-Lucifer-, для других не было никаких пожеланий. Но, получилось так, что некоторые песни, у которых было временное название, так и остались с этим названием.

Начиная со вступления Enter clown и до примерно пятой песни, атмосфера довольно тяжелая.
Хисаши: Вот во что это вылилось. Я думал, что был правильный порядок, но, начиная с третьей песни, мнения разошлись. Вначале мы серьезно ссорились. Через некоторое время нам надоело, и мы не вступали в дебаты (смеется).

То есть до тех пор как Doukeshi A была выбрана, все участники разгорячились?
Хисаши: Мы задавались вопросом, так у тебя так много вариантов? (смеется) Хидэ хотел тут же перейти к серьезному вопросу с Gesshoku, а я сказал, что Alive будет лучше. К тому моменту уже были общие различия, так что я решил на мгновение взглянуть со стороны. Более того, мы обсуждали и в то же время пили сакэ, так что принять решение было невозможно (смеется).

(смеется) Тогда может сложно создать общий образ с самого начала. Это как устремляться к определенной точке с частями и дальнейшей подгонкой.
Хисаши: Да, примерно так, и это образует сет. Этот фрагмент и тот, у них есть части, которые в чем-то перекликаются, так мы отодвигаем их одну от другой. Мы работали вот так, но было сложно сделать верный выбор среди них всех.

Но, благодаря этому, в итоге у вас получилась рельефная структура. С клоуном в роли гида, там есть рождение демонов, сцена, где музыку играют в кабаре, создается настоящее впечатление декаданса.
Хисаши: Я думаю, что получилась такого рода история.

В песнях Хосино-сана есть крутизна, которая напоминает мне Bauhaus.
Хидэ: О Cabaret, я ожидал что в альбоме не будет быстрых фрагментов, так что я хотел создать песню с темпом, который бы был довольно быстрым. Ijin no yoru – это фрагмент, который был у меня раньше, но я довольно сильно изменил его, чтобы включить в этот альбом. Я, например, добавил струнные инструменты.

Шестым идет инструментал Clown loves senorita, и атмосфера снова меняется.
Хисаши: Для этой песни, в студии был старый педальный орган, и он вписался довольно хорошо, так я написал ее с манипулятором, Ёко-тяном. Я думаю, что кое-где можно услышать скрипучий звук органа.

Следующие песни – Goblin и Alive – самые динамичные в этом альбоме, затем, после другого музыкального фрагмента, идет Doll. Это песня самая готическая в высшей степени.
Хисаши: У мелодии странная модуляция, и у нас было много сложностей с ней. Это, я думаю, был четвертый из измененных вариантов. Рисунок ударных в версии А стал более целостным и завершенным. У нас было много сложностей во время записи. Во время введения гитары, я понял, что я не смогу подогнать темп ни к чему. Я волновался о выступлениях (смеется).

Следующая песня, Passion, излучает, я бы сказал, торжественность.
Хидэ: Для меня эта песня о чем-то вроде «плача».

«Passion» (страсть) имеет два значения, одно – «чувство, рвение», а другое – «Страсти Христовы».
Хидэ: Я думал о первом.
Хисаши: Что, правда? Я думал это были «Страсти Христовы».
Хидэ: Тогда я меняю на это.
Хисаши: Что значит «тогда»? (смеется)

Есть также фильм Passion.
Хисаши: Я всегда думал, что это оно.

Какой образ был у вас изначально?
Хидэ: Я думал о не слишком тяжелом образе. Он величественный, но в нем много человечности.
Хисаши: Я знал что будет такое вступление.
Хидэ: Оно длинное, не так ли. Оно не намеренно стало длинным (смеется).

Следующая песня, я бы сказала «сюрприз», 13 песня – это тишина на протяжении 13 секунд. Я подумал: «Меня разыграли!»
Хисаши: Я сделал это в самом конце. Я не знал, что это будет тринадцатой песней, но я подумал, в конце концов, почему не оставить тишину. Но, ну, я взял эту идею у Джона Кейджа.

У Вас не было намерения создать однодневную композицию Джона Кейджа?
Хисаши: Вовсе нет. Я думал, что 13 секунд будет долго, но когда я прослушал ее на мастеринге, я подумал: «Вообще-то 13 секунд – это довольно быстро», так что мне стало легче.

Так как я был уверен, что предыдущая песни – это «Страсти Христовы», я подумал, что 13 секундное молчание предполагает смерть, я напридумывал много всего.
Хисаши: Мне не нравится это зловещее впечатление (смеется). Я надеюсь ничего не произойдет.

То, что этот альбом совершено фантастический, дает вам возможность таким образом играть фигурами. После 13 секунд следует сингл Romance-Incubo-. Кстати, что значит «Incubo»?
Хисаши: Это испанское прочтение «Инкубус». Для версии альбома было нужно название, и так как название вроде «микс» не подходило, я подумал, что имя демона подойдет. Так я заглянул во что-то вроде энциклопедии демонов и подумал, что Инкубус подойдет лучше всех.

Так у вас есть энциклопедия демонов. Вы консультировались по каким-то книгам, относящимся к готике по поводу этого альбома?
Хисаши: Нет, я купил эту энциклопедию довольно давно, и это книга об игре, а не специализированная книга о демонах.

Вам нравится то, что относится к злу?
Хисаши: Нет, нет (смеется). Это просто интересно.

Этим альбомом разве вы не задаете вопрос: «Так вам нравится готика?»
Хисаши: Да, я понял, что, к моему удивлению, люди не видят меня таким. Я мог бы показать, что во мне есть и такой ящик, но я никогда его не открывал.

В прошлом месяце я сказал, что в ваших истоках есть темные и готические песни, но кажется что вы все больше и больше отходите от этого мира. Так что я был удивлен.
Хисаши: Я чувствовал то же.

Так я спрошу вас еще раз: «Почему сейчас?»
Хисаши: Ну, необходимость сделать, она приходит внезапно. Я хотел узнать а как это будет – серьезно сделать что-то готическое и театральное сейчас.

Если переиначить, Вы бы сказали: «Сейчас это то, что мы можем сделать».
Хисаши: Да, так я могу увидеть, можем ли мы работать профессионально, стремясь к этой точке.

У вас также есть уверенность в том, что с текущей возможностью группы вы смогли бы создать альбом лучшего качества?
Хисаши: Да. Я думал об этом раньше, у нас были некоторые довольно разрозненные аспекты.

Я думаю, что мир, который очень нереальный, может, если худшее придет к худшему, иметь риск стать фальшивым, но когда он настолько глубокий, это просто великолепно.
Хисаши: Возможно те, кто не любит такие миры не сможет слушать это. Они почувствуют себя не в своей тарелке.

Хосино-сан, вас смущает создание готического альбома?
Хидэ: Вовсе нет. Я думал, что это интересно, и еще работать было довольно легко.

В каком плане?
Хидэ: Это что-то что было во мне изначально, и там присутствовала концепция, которой я мог прямо следовать.

Верно, молодым группам было бы сложно сделать такое. Следующая песня Muma-The nightmare.
Хисаши: Я не ожидал, что стихи будут такими, я имею в виду «тундра» (не понятно причем здесь тундра, оригинала интервью я не нашла, но может быть здесь стоит звукоподражательное слово вроде «тун-дара» :hmm: ) (смеется). Изначально песня производила впечатление «четыре-четыре раза один», и эта песня единственная на этом альбоме, которая близка к Mona Lisa…Мне хотелось чтобы она была торжественной и грандиозной. Пока я пробовал разные вещи, я получил этот рисунок на синтезаторе бас-гитары. Мне хотелось, чтобы эта песня была преувеличено внушительной.

И в дальнейшем все завершают Diabolo-Lucifer- и инструментал Who’s the clown?
Хисаши: Сначала, был обратный порядок Muma-The nightmare- и Diabolo-Lucifer-. Я совершенно не хотел заканчивать песней Muma-The nightmare-. Я хотел избежать того, что выглядело бы как конец. Мне казалось, что это будет более пугающим, если я поменяю их местами. Говоря о фильмах, это будет выглядеть как сцена из «Омен»: «Что, он все еще жив?»

Несомненно, когда заканчивается Diabolo-Lucifer-, создается впечатление, что все герои возвращаются к жизни в конце.
Хисаши: Словно все снова вернулось к началу.

Лично мне эта песня напоминает Тома Уэйтса.
Хисаши: А, точно. Как образ или присутствие, это Том Уэйтс.

Я снова осознал Вашу способность собирать под одной концепцией так много различных песен.
Хисаши: Но я не ожидал, что это будет вот так. Так что я думаю, что это было бы невозможно без такого числа песен.

Я с нетерпением жду Вашего выступления. Мне хочется узнать воспроизведете Вы все это или воссоздадите все так, что это не будет походить на альбом.
Хисаши: Да, возможно мы поменяем порядок песен и, создавая выступление, снова поссоримся (смеется). Но с настоящего момента мы будем проводить собрания и прочее, готовясь к выступлениям.

В этом год будет 20 лет с основания BUCK-TICK. Что Вы чувствуете по этому поводу?
Хисаши: Ничего, совсем ничего. Я подумал, вот снова оно. Есть два вида годовщин, годы с основания группы и с нашего дебюта, так что я хочу, чтобы выбрали только один. Они проходят так часто, это не Зимние Олимпийские игры (смеется).

Может занятые артисты не особенно волнуются по этому поводу. Эти 20 лет были как короткий момент или они тянулись долго?
Хисаши: Я совсем не ощущаю, что это было долго. Просто банальное: «Это так?»

(смеется) А Вы, Хосино-сан?
Хидэ: Про 20 лет? Я не ощущаю чего-то особенного. Когда мне об этом сказали, я подумал: «А, точно». Мне показалось это быстро. «Уже, так много времени?» было бы моим честным впечатлением.

@темы: Перевод, Статья, Imai Hisashi, 2005, Hoshino Hidehiko